— Учитель?! — удивленно воскликнул мальчик. — Чему же он будет учить? У меня уже есть учителя фехтования и верховой езды, стрельбы из лука... Ах, я знаю: ты пращник. — Ганнибал прикоснулся к черному шнуру на шее у незнакомца.

Гамилькар и новый учитель рассмеялись.

— Мой сын, — проговорил Гамилькар, как бы извиняясь, — вырос в лагере, среди воинов. Он различает людей лишь по вооружению. Неудивительно, что он принял твой письменный прибор за пращу, а тебя — за пращника... Ты ошибся, Ганнибал, — сказал полководец. — Созил не пращник. Созил научит тебя языку эллинов.

— Эллины — наши враги. Не нужен мне их язык! — пробормотал мальчик, опустив голову.

Гамилькар недовольно поморщился:

— Кто тебе это сказал?

— Ты сам. Помнишь, ты мне говорил о войнах, которые наш город вел с эллинами, о сицилийце Агафокле, который едва не захватил Карфаген?

— Но ведь это было почти сто лет назад! — воскликнул Гамилькар. — А теперь родина Агафокла

Ганнибал с уважением посмотрел на эллина, который, очевидно, как и отец, был врагом римлян.

— Если ты хочешь знать, — продолжал Гамилькар, — эллины ненавидят римлян не меньше, чем мы. Но, будь даже эллины нашими недругами, тебе все равно необходимо знать их язык. Овладеть речью врага — это все равно что выбить у него меч из рук.

— Я буду учить тебя, мальчик, моему родному языку, — сказал Созил, смешно растягивая слова. — Ты узнаешь о Гомере. Тебе протянет руку великий Аристотель...

— А что они завоевали? — перебил его Ганнибал.

Созил снисходительно улыбнулся. Гамилькар шумно, раскатисто захохотал.

— Гомер покорил весь мир своими звучными стихами, — сказал эллин, — а божественный Аристотель достиг того же мудростью. Сам Александр Македонский был учеником Аристотеля.

— Об Александре я слышал. Он завоевал Индию, где живут слоны.

— Александр совершил много других подвигов, достойных удивления. Поистине он был великим полководцем.